Ta russisk. Russisk.no med etMETODIUS da.

bloggen

Умер мой друг художник-мультипликатор Валерий Козлов

2017-09-24 23:45

Смерть наступила 14-го июля. Не было продолжительной болезни. Не было прожито так много лет, что смерть становится желанной. Ничего этого не было, но она наступила. И ничего с этим не поделаешь. Поставлен предел времени. Точка, в которой время меняет пространство на память.

Мы познакомились в начале 1990-х. Я искала шаржистов для благотворительных концертов, которые мы устраивали для только что учрежденного прихода св. Ольги. Одна знакомая художница дала мне телефон одного из белорусских художников, которые работали в проекте «Карлсон, который живет на крыше». Я позвонила и позвала в гости. Валера пришел к нам с коллегой — сам он шаржи не делал. Тот вечер стал началом многолетней дружбы.

У него был глаз художника, он замечал то, что мне было не видно. Я позвала его помочь мне оформить приходскую стенгазету к приезду митрополита Кирилла. Мы наклеивали фото, которые я сделала во время тех самых благотворительных концертов, благодаря которым мы познакомились. Он посмотрел их и вдруг сказал: «Ну, тут ясно, кто кого любит». Оказалось, на всех фотографиях была Таня Фокина, хоть и с разными людьми. Нам было весело тогда, мы много смеялись.

У нас с Лейфом был кот Пушок. Валера с ним сразу подружился. И стал его рисовать. Когда он делал иллюстрации к моему первому учебнику, все коты на рисунках имели Пушка прототипом. Когда Пушка в 2010 не стало, Валера был уже в Минске. Я написала ему об этом, и он прислал рисунок. Это было самым действенным утешением — утешением, от которого хотелось улыбаться, улыбаться и любить весь мир. На этом рисунке Пушок этаким мультяшным шагом поднимается по лестнице в небо, к вратам рая.

В 2012 году мы попросили Валеру сделать нам серию рисунков для нашего сайта. И получили смешных симпатяг, очень напоминающих Пушка. И сейчас у нас в том месте, где на сайте регистрация на курсы, рисунок Валеры.

В 2014 году он поздравил нас с Новым годом 22-го июля: «S Rogdestvom, s Novym godom i s 8 marta ug konechno. Ne mnogie v Oslo mogyt pohvastat takimi pozdravlenijami v iule.» Так и написал: латиницей. Как и все прочие свои имэйлы ко мне.

Он никогда не был в фейсбуке. Но совсем индифферентным к соцсетям он не был: именно он пригласил меня в Linkedin. Там увидел он свой рисунок: ссылка на него там появилась в моей краткой заметке об очередном наборе в группу начинающих к нам в школу. Увидев, Валера выразил желание, чтобы было указано имя автора. Но ничего не ответил, когда мы ему предложили варианты это сделать. Я думаю, что он испытывал последние годы своего рода усталость от попыток найти применение своему таланту, своим нерастраченным силам. Может быть у него были минуты отчаяния, минуты, когда диссонанс между желанием работать и невозможностью это делать в мире, где мультипликация стала цифровой, а его искусство имело доцифровую природу, ощущался особенно остро.

За несколько недель до своей смерти он мне позвонил. Это было неожиданно. Бывало, он звонил мне и раньше, но очень редко. Я даже подумала, что нужна моя помощь в чём-нибудь конкретно случившемся, и прямо спросила его об этом. Но он сказал, что нет. Сказал, что у него то есть работа, то нет. Рассказал, что те его студенты, которые освоили компьютерную технику мультипликации, все при деле. А он этого не умеет. Может, он надеялся, что у меня для него есть работа? На самом деле у меня было много мыслей о том, что я бы хотела, чтобы он сделал то и это, но я ограничена в своих средствах, поэтому я не могла говорить ему о своих желаниях. И дело не только в деньгах, а ещё и в том, что те книги, для которых я хочу рисунков, ещё не закончены. И тут никто не виноват: «сущность должна прорасти в бытие». Но в этой невиновности столько вины! Ведь пока эта сущность собирается проклёвываться, жизнь отдельно взятого человека заканчивается.

У меня мало фотографий с Валерой. Как-то я его позвала к нам на масленицу в школу. Это был 2001. Были мои студенты, была в тот год моя мама у нас. Валера и мама разговорились о чём-то, а я их в это время сняла:

2001_maslenitsa_Mama_Valera

Валера был очень деликатным человеком. Он не обременял своих друзей просьбами. Но сам всегда помогал, как мог. Он был высокопрофессиональным художником. Но он откликался не только на мои профессиональные, но и на совсем не профессиональные просьбы. Про стенгазету я уже упомянула выше. Но были и другие.

Один раз мне пришла в голову идея организовать двухдневный курс раскраски яиц к Пасхе. Я попросила Валеру провести его у нас в классе. Я и не догадывалась, что он ас в этом деле. И что вообще раскраска яиц требует серьёзной подготовки. Он меня спросил: «В каком помещении Вы хотите проводить курс? Какое там освещение?» Это было новостью: для раскрашивания яиц нужны какие-то особые лампы. Лейф нашел что-то, что Валера одобрил. А вот акриловые краски, кисточки, подготовку яиц к крашению и прочая и прочая — это все Валера покупал и делал сам. Пакетов с инвентарем было несколько, их он приносил к нам заранее в два приема. В день курсов за несколько часов до прихода студентов начал он свою работу: все распложил, как следует, все подготовил.

Валера_Пасхальные яйца

Даже меня попробовал научить, но Боже, до чего же это трудное дело! Валера терпеливо меня подбадривал и успокаивал, когда я делала очередную кляксу вместо ягодки на простейшем узоре. Кончилось все тем, что он сам нанес краски, куда нужно, и получилось яичко не простое, а золотое:

Раскрашенные им яйца имели большой успех. Ему даже предложили устроить выставку из них.

Однажды мне захотелось поместить в рамку лавровый венок, которым нас с Лейфом венчал священник в Ларнаке в 1995 году. У Лейфа была идея насчет рамки, но я не очень ее поняла и попросила Валеру помочь нам с цветом и размером. И он ходил с нами в мастерскую в свой обеденный перерыв и помогал нам выбирать. Рама эта до сих пор стоит у нас. Правда, без венка. Венку мы нашли такую, которую Лейф хотел. А в Валериной раме у нас Пушкин. И ему там неплохо, по-моему.

Однажды мы встречали вместе Новый год. Мы позвали Валеру к себе. А в тот год 31-е декабря был день субботний. Я совсем не подумала, что в субботу винная монополия закрывается рано, и не смогла купить шампанское. Но какой же Новый год без шампанского! Валера пришел с шампанским. Новый год состоялся. А кроме шампанского, он принес с собой камушки для вазы. И сейчас я на них смотрю и вспоминаю, как он их выкладывал приговаривая: «Кто ещё Вам камушки принесет на Новый год на счастье?»

Мы не часто виделись. Он жил в Минске, мы в Осло. Встречались только тогда, когда он приезжал в Осло работать. Во второй свой приезд с ним приехал его младший сын Ваня. Валера очень любил его, заботился о нём. И потом, уже из Минска, Валера с гордостью рассказывал, что Ваня поступил в университет, потом закончил его, потом стал работать. Если б не Ваня, не узнали бы мы о том, что случилось.

И Теперь Валера живет дальше в своем сыне. И даже голос ему свой отдал. Это меня поразило, когда я позвонила Ване, чтобы узнать, как все произошло.

ЗАН

---

Commenting is closed for this article.